Взглянул на руку, а через нее светит солнце — герой АТО Дмитрий Сидорук

В течение 23-30 сентября во Торонто пройдут Всемирные Игры Непокоренных (Invictus Games) для раненых военнослужащих. Впервые в таких соревнованиях примет участие и сборная Украины.

Один из них — Дмитрий Сидорук — надежда украинской сборной. Мастер спорта международного класса по стрельбе из лука. И чемпион мира. В составе национальной сборной Украины юниором получил «золото» на чемпионате мира в Италии.

Он воевал Востоке. Получил ранения. Учился заново ходить. И снова пошел воевать. Получил Медаль Защитника Отечества. Демобилизовался. И снова вернулся в спорт. Потому что, говорит он, наибольшее утешение после войны нашел именно в спорте. Теперь ежедневно собственным примером доказывает себе и другим, что лучшей реабилитацией после травм на войне можно считать именно спорт.

У них — «Грады», у нас — автоматы

Дмитрий Сидорук был в рядах тех, кто пошел воевать одним из первых: повестка ему пришла еще во время первой волны мобилизации. Попал в 24 отдельную механизированную бригаду. Два месяца на Яворивском полигоне. И летом 2014 года — Луганская область. Тогда именно там шли наиболее ожесточенные бои.

«Северск, Личичанськ, затем Краснодон и Антрацит, — рассказывает мужчина. — До границы с Россией оставалось небольшое расстояние. Мы были в самом эпицентре боев. Нас тогда постоянно накрывали «Градом». Даже миномет уже был не страшен. Потом еще стали бить с российской территории, куда мы не имели права стрелять».

Но несмотря на тяжелые бои и почти ежедневные обстрелы Дмитрий и его собратья пытались друг друга поддерживать: то шлепками, то шутками.

«Нам объясняли: мы нужны на своих позициях и должны работать, как одно целое, — вспоминает воин. — Если кто-то будет паниковать, то деморализует весь личный состав. Мы, конечно, пытались морально друг друга поддержать. Но тому, кто испугался, могли несколько пощечин по лицу дать, чтобы человек пришел в себя. Без шуток тоже на войне никак. Нас могли по 3-4 раза в день обстреливать. Помню: когда в Волнухине нас обстреливали из «Градов», мы с моим другом-пулеметчиком сидели в окопе. Он заснул. Однако долго не поспал: начала вздрагивать земля от обстрелов. Я его разбудил и говорю: «Брат, по нам «Грады» стреляют!». А он на меня посмотрел и говорит: «И что? Я их остановлю?». Действительно, что мы могли сделать против ракет, если в нашем арсенале были только автоматы. Оставалось сидеть и наблюдать и определять, откуда стреляют, чтобы избежать ранений и по возможности изменить локацию».

«Никогда не фотографировались у сгоревших танков»

Это было под Луганским аэропортом: три года назад, 1 сентября. В этот день Дмитрий Сидорук вместе со своим подразделением прикрывал колонну, которая вывозила оттуда убитых и раненых.

«Вдруг« бахнуло»- в ушах прозвенело, — вспоминает Дмитрий. — Посмотрел: а два моих собрата, находившихся в эпицентре взрыва, погибли на месте. Когда понял, что ничем им уже не помогу, посмотрел на себя: насквозь пробитые две ноги с большим количеством осколков, рука тоже пробита насквозь так, что солнце сквозь нее светило. Потом узнал, что повреждено легкое, а несколько осколков застряли у виска. А еще в плечо ранен, но это уже казалось мелочью».

Вывезли Дмитрия с передовой той же колонной, которую он должен был прикрывать. Свезли раненых в полевой госпиталь на территории Лутугинского завода. Но в тот же день враг госпиталь уничтожил полностью, а Лутугинский завод сравняли с землей. Оттуда раненых успели перевезти в Счастье.

«По дороге еще из Луганской высотки нас дважды накрыли минометным огнем, — рассказывает Дмитрий. — Наши «Урал» в больницу приехали уже разорванные. Но и в Счастье во время операции город накрыли «Градом». Нас перебросили в Победу. Тогда тяжелораненых, среди которых и я, отправили в Харьков. Тогда вообще была страшная пора: с конца лета было очень много раненых».

После операции — 10 суток реанимации, месяц лечения, еще несколько месяцев реабилитации. Как только Дмитрий научился снова ходить, собрал вещи и уехал в АТО. Это было уже весной 2015 года. Родным не сказал, что снова попросился на передовую. Не хотел расстраивать. Воевал еще несколько месяцев. Летом демобилизовался.

Однако военный неохотно вспоминает негативные и тяжелые моменты войны. В основном, положительные. Некоторые моменты запечатлены на фото. Однако воин к этому относился осторожно: «Делали положительные фото. Не шли фотографироваться возле сгоревшего танка. Там могло сгореть несколько моих собратьев».

Игры: надежда украинской сборной

Сейчас важное место в жизни Дмитрия Сидорука занимает именно спорт. Он помогает отвлечься от ненужных и тяжелых воспоминаний. Причем Дмитрий — один из сильнейших лучников, поскольку за плечами — профессиональный опыт.

«Когда я бегаю, стреляю и плаваю, в это время о другом не думаю, — говорит он. — Настраиваюсь, прежде всего, на хорошую атмосферу на Играх и общения с коллегами. Эти люди очень сильны. Они не говорят, что «я инвалид, буду лежать дома и ничего не делать», а занимаются чем-то. Считаю, что это уже достижение. Это самое главное».

И Дмитрий не только отстаивает честь для Украины на международной арене, но и дома воспитывает достойную замену чемпионам: тренирует детей. «Тренером стал недавно. Может, с этого и получится, — смеется Дмитрий. -В общем, везде надо искать положительные моменты — и тогда все будет хорошо».

Интересные новости

Подполковник-фискал Евгений Иванов, или борьба с коррупцией по-Николаевски

fttc-editor

От Иваново в России — в Лиссабон. Сеть автобусных маршрутов Украины

fttc-editor

Почему Львов ушел под воду?

fttc-editor

Оставить комментарий