Первые успехи децентрализации на Черниговщине

Воскресное летнее утро на базаре в Вертиевке невозможно представить без сплетен. Продавщицы расхваливают свой творог и сметану, ругают соседа-алкоголика, а между тем обсуждают горячую тему с модным названием «децентрализация»: — Наш сельсовет и так девять сел удерживает. Нам ваша Малая Кошелевка, как пятое колесо к телеге. И так денег мало, еще и вас кормить,- говорит баба Нина, жительница крупнейшего в округе села Вертиевка, что на Черниговщине.

День села в Вертиевке
День села в Вертиевке

Тяжелый выбор

— Ой, ой, ой… А ты думаешь, вы нам очень нужны? Может, вы только для своей Вертиевки ремонты делаете за наши денежки. Заберете наш бюджет себе в карман. Размечтались,- защищает родное село тетя Люда, чей брат работает депутатом в Малокошелевском сельском совете, и потеряет должность в случае объединения ныне независимых друг от друга сельсоветов.
К женщинам подходит долгожданный покупатель – местный депутат услышал громкую дискуссию еще издалека и решил их успокоить. Потому что был на семинаре в райцентре и узнал об объединении общин много чего интересного:
— Да не ссорьтесь вы! У нас теперь будет больше земли. Дадут сельсовету еще участки за пределами сел. А там поля. Деньги от аренды будем получать. Плюс другие налоги. Прорвемся!
— Ага. То вы только обещаете,- буркнула тетя Люда, нахмурив брови.

Чтобы развеять мифы и страхи крестьян, летом 2016 года местная власть решила несколько раз провести общее собрание. Во время таких крупных совещаний крестьяне задавали вопрос — что именно изменится после реформ? И вообще – где гарантии того, что 85% налогов останутся на местах? В законе этого не прописано. А нет закона – нет гарантий.

Осень 2016 года, сборы в Малой Кошелевке решают, нужно ли присоединяться к Вертиевскому общине

В первом ряду сидит 89-летняя баба Настя, которая, несмотря на возраст, сохранила ясный ум. Для женщины реформа децентрализации – то же самое, что коммунизм:
— Я не за себя переживаю, а за детей и внуков. Знаю очень хорошо, что такое децентрализация. Ощутила ее на себе еще в 50-х годах, когда так же объединяли сельсоветы, а потом и колхозы. Мне такого не надо. Нам и сейчас живется так-сяк, а после этих ваших реформ вообще ноги протянем.

В дискуссию вступает Александра Бородавка, которого пять раз избирали сельским головой села Бобрицы. Человек в финансах разбирается хорошо и в первую очередь думает – откуда общине брать деньги на свое развитие?

— Надо поискать резервы. Например, разобраться с паями умерших, которыми сельхозпроизводители пользуются, а арендную плату никому не платят. Это десятки, сотни тысяч гривен. Вот если проведем ревизию – точно найдем в каждом селе такие паи,- говорит он.

— Слышала, что государство какие-то деньги обещало дать общине на развитие инфраструктуры. Это, конечно, плюс. Главное – выбрать правильного председателя и депутатов. Чтобы эти деньги не разворовали, а потратили туда, куда надо,- рассуждает на публику тетя Антонина из села Бобрик, которая мечтает, чтобы в сельском клубе наконец сделали ремонт, и из окон перестало дуть.
В конце концов, именно надежда восстановить заброшенные дороги, помещения и освещение подтолкнула людей к мысли, что рискнуть все-таки стоит.

Поэтому 26 октября 2016 года в Вертиевке прошли выборы. К новообразованной общине (которая ранее заботилась о десяти селах) прибавилось село Малая Кошелевка (население — 366 жителей).
После объединения Малокошелевский сельсовет ликвидировали. На выборы старосты собрался только один кандидат – Сергей Мишура, который до этого был председателем сельсовета. За него и проголосовало 178 из 187-ми избирателей, пришедших на участок.

По сути, руководство в селе не изменилось. Сельский голова стал старостой, а секретарь сельсовета – делопроизводителем.

— Сидим в тех же кабинетах, что и раньше, только табличка поменялась. Для справок и заверения документов печать у меня такая же, но с пометкой «№1»,- объясняет Сергей Мишура.
Но довольны остались не все.

Ставок или газ?

На втором этаже Вертиевского сельского совета через месяц после объединения общины в кабинете председателя – скандал. Председатель кооператива «Вертиевка» пытается выбить из бюджета села три миллиона гривен на достройку газопровода. Сельский голова — против:

— Мы узнали, что Вертиевская община получит дополнительно 6,1 млн. гривен из госбюджета. У нас же 422 семьи вложили деньги в строительство газопровода, который уже семь лет гниет недостроенный. Нам как раз три миллиона не хватает, чтобы газ доделать. Дайте денег,- сыплет железные аргументы председатель кооператива «Вертиевка» Григорий Клюзко.

— Люди кредиты брали. Некоторые уже умерли, так и не дождавшись газа. Пока нам платить по три тысячи гривен за прицеп дров?, — тут же добавляет председатель совета ветеранов Вертиевки 70-летняя Мария Зоценко.

Крупнолицый 41-летний Игорь Мороз встает из-за стола. Сжав правую руку в кулак, он старается не повышать голос:

— Я газа не обещал. У нас есть не менее важные проекты. Вон, три дороги в селе крайне запущены, четвертая вообще грунтовая, нужно их сделать. На это уйдет 4,5 миллиона. Отдыхать людям негде, нет озера. Вертиевцы ездят на Десну за 35 километров. Сделаем озеро за 1,5 миллиона…

— Но что важнее людям: ставок или газ?! Вам выгоднее выкопать пруд и возле него поставить мафы! Мужчины там будут напиваться, потом лезть купаться и топиться. Это вас не волнует?,— громко стуча палкой об пол, спрашивает 74-летняя Нина Крошка.

Мороз отговаривается – на самом деле на газопровод нужно не три, а 10-11 миллионов, плюс согласований нужно кучу с областью и профильным министерством.

— Да, бюджет после реформы увеличился с 5,5 млн. грн. к 9-ти миллионов. Еще плюс шесть миллионов община получила в виде субвенции из государственного бюджета на формирование инфраструктуры». Но этот подарок от государства – согласованный с министерством. Я не имею права тратить деньги не туда, куда планировалось с самого начала.

Крестьяне понимают, что по-ихнему не будет, и аргументы председателя их не утешают.

— За два дома мы уже отдали 24 тысячи гривен. Теща не дождалась газа, умерла. Все деньги откладывала с пенсии, чтобы рассчитаться за газ. Ставок, говорите, больше надо? Там государственные и миллионы лягут. Вам на нас наплевать! — не сдерживая эмоций, кричит вертиевец Владимир Крутько, и уходит, хлопнув дверью.

Начали улучшения с кладбища

Чтобы задобрить недовольных крестьян, новая власть начала работать на улучшение своего имиджа.

Сельский голова решил инвестировать средства общины в сектор жилищно-коммунального хозяйства. Поэтому в течение первого года после объединения с увеличенного бюджета сельсовет приобрел для нового предприятия трактор, прицеп, погрузчик, снежную лопату, две газонокосилки и бэушный ГАЗ-53.

— Начинали с самого малого. Купили две бензопилы, топоры, рукавицы, и начали чистить кладбище: там срезали сухие деревья, убрали могилы, обрезали ветки. Для этого создали небольшое коммунальное предприятие, набрали людей. Вот вам и рабочие места. Люди при деле: санитарную очистку территории проводят, мусор вывозят, озеленением занимаются, зимой дороги от снега чистили. Красота!- рассказывает Игорь Мороз.

Сельский председатель отчитывается: благодаря созданию коммунального предприятия трудоустроил десять своих односельчан, а в следующем году планирует увеличить штат до 25-ти человек.

Нескольких рабочих я встретила, гуляя по окрестностям села. Коммунальщики как раз подрезали сухие деревья. Бригадой из шести человек руководит депутат Вертиевского сельского совета Виктор Семенко. Под шум бензопилы показывает фронт работ:

— Вот гляньте – на кладбище порядок навели? Навели. Деревья под электропроводами подрезали? Подрезали. Планов у нас много. Будем не только чистить село, но и людей хоронить. Потому что сейчас даже некому яму выкопать. Позор.

Нашу беседу прерывает местный участковый полиции Александр Петрович. Худощавый высокий молодой человек как раз шел в сельсовет – чтобы ввести руководство села в курс дел:

— Классное у нас село. Криминала стало меньше. Хожу тут, скучаю,- шутит он.

Мужчина объясняет – люди стали меньше хулиганить, потому что на улицах сел наконец появилось освещение. Теперь крестьяне не боятся вечером выходить на прогулку. А там, где есть много людей – преступники разбой или ограбление не устраивают.

Навстречу нам на велосипеде «Украина» едет тетя Катя. Спортивные брюки, цветастый платок, теплая куртка – рабочий дресскод без единого пятнышка грязи.

— Как вам здесь катается?,- спрашиваю.

— Лучше, чем раньше. Болота нет, дороги сделали. Теперь еду, как человек, а не трясусь по ямам,- выдает женщина самый сильный для нее аргумент.

Дорога после капремонта: подрядчиков контролировали целым селом

— Это потому что мы 17 километров дорог отремонтировали. Немного денег сельсовета вложили, немного государственных субвенций,- объясняет Александр Бородавка – теперь он заведует местным сектором ЖКХ.

Через год после выборов в объединенную общину человек изменил свои взгляды. Ведь денег действительно стало больше, и это позволило залатать дыры, которые много лет мозолили глаза:

— Цифры говорят сами за себя. Возьмем для примера бюджет только моего села Бобрицы. Когда я был председателем, у меня был годовой бюджет 350-370 тысяч. Львиная доля средств шла на зарплаты аппарата сельсовета, фельдшеру, работникам почты и клуба. А на решение текущих проблем – ремонт дорог, помещений – оставались копейки, тысяч 50-100. А в 2016 году мы вложили в инфраструктуру 400 тысяч. Поэтому за децентрализацией – будущее.

— Дороги проложили, деревья подрезали, освещение сделали. Отношение совсем поменялось к власти избирателей. Наши ребята – трудяги. Молодцы,- хвалит тетя Катя.
Коммунальщики после этих слов просто расцвели.

— А еще мы делаем искусственное озеро площадью в два гектара – потому что река Десна аж в 35-ти километрах отсюда, только туда и можно поехать на рыбалку. А людям хочется не только работать, но и на пляжику поваляться, и рыбку поймать,- говорят рабочие.

Теперь селянам есть где отдыхать и зимой, и летом. Осенью закончился ремонт в сельском клубе в Бобрике. Там в небольшой комнате разместили музей истории села.

— Мы попросили людей принести старинную одежду, посуду, инструмент для ремесла. И вот теперь имеем такую выставку. Некоторым предметам по 150-200 лет,- говорит Александр Бородавка, проводя мне экскурсию.

Стены комнаты украшают полотенца, вышитый портрет Тараса Шевченко, флаг и гимн Украины. По сути, ничего необычного. Но для этого маленького села это уже хороший старт.

В актовом зале тепло. Ее обогревает новый котел, которого заменили несколько месяцев назад. В конце зала стоит теннисный стол – здесь бесплатно играют все желающие.

О Малой Кошелевке тоже не забыли. Чтобы убедить местных в том, что они сделали правильный выбор, присоединившись к Вертиевке, в помещении здешней школы также появился бильярдный и теннисный стол. Здесь же разместили сельскую библиотеку. Крестьяне ждут открытия спортивной школы, где будет функционировать несколько секций для детей.

— Раньше наши малые по улицам слонялись, не знали, куда себя деть. Отсюда – пьянки-гулянки. Беда. А детей надо чем-то занять. Лучше пусть в теннис играют. Или в футбол,- философствует дядя Сережа, отец трех школьников.

Теперь селяне ждут новый центр досуга в Вертиевке, где будут организовывать различные кружки для взрослых и детей.

— Дом культуры закрыли в 2002-м году. Раньше не было средств на ремонт. Все эти годы предыдущий сельский голова хотел реконструировать старое полуразрушенное здание за 8,5 млн. грн. И это цены 2008-го года. Сейчас эти цены можно на 2,5 умножить, чтобы понять, сколько это сейчас стоит. Поэтому мы решили за 12 миллионов новое здание построить. Современную,- делится планами Игорь Мороз.
Вот так прививают любовь к культуре.

«Солнышко» — детям

Во дворе детского сада «Солнышко» играют дети младшей группы. Они дружно машут мне рукой – о моем приходе руководство предупредил председатель. Я ищу заведующую Яну Проценко. Она в это время распаковывает коробки с канцелярией, которую приобрели за средства сельского совета.

Отремонтированные номера, вкусное меню, новые игрушки – детям нравится реформа

— Раньше фломастеры, карандаши, картон и краски родители покупали за свой счет. А теперь раз нам подвезли канцтоваров на 5 тысяч, потом второй. И у нас воспитатели теперь будут обеспечены. И будут работать с детками целый год. Вон, смотрите, какие шедевры делают дети,- улыбается Яна, показывая на импровизированную выставку аппликаций и детских рисунков на стенах.
В прошлом году в садике сделали ремонт, а сейчас приобрели новую мебель и матрасы. Заведующая с гордостью показывает обновки:

— Перед первым сентября сельский председатель спросил: сколько лет вашим матрасам? Завхоз сказал, что уже больше десяти лет, и их списывать надо. Поэтому срочно решили купить новые. Мягусенькие. Обязательно с клеенкой. Мы же теперь бережем их,- говорит заведующая.

Яна по совместительству воспитатель — депутат сельского совета. Она и сама посещала этот детский сад, когда была ребенком. А теперь поставила себе цель создать идеальные условия для маленьких вертиевцев. И потому уверенно пользуется своим статусом народного избранника. Показывает новые игрушки и гигантский бассейн, наполненный разноцветными резиновыми мячиками. В нем любят с головой зарываться самые маленькие воспитанники:

— Купили недавно также за средства сельсовета. Сейчас финансовые вопросы решать очень просто. Есть потребность в чем – то- обратилась к председателю, получила ответ, и средства есть. А не как раньше – месяцами ждешь отписок из райсовета…

Вместо консервов – мясо

Меня встречает кирпичное двухэтажное здание вертиевской школы. На фоне старенького фасада резко контрастируют ярко-белые рамы новых металлопластиковых окон. За стеклом еще издалека можно рассмотреть каменщиков, которые доделывают потолок в столовой и спортзале, стоя на высоких деревянных конструкциях.

Александр Бородавко ведет меня показать новую котельную, в которой главный — инженер Вася:

— Вы посмотрите – автоматика. Пожарная безопасность, саморегуляция температуры. Энергоэффективность!,- мужчина показывает мне красную панель с датчиками и разноцветными кнопочками. Я, конечно, в этой технике не разбираюсь, но пытаюсь докопаться до сути.

— Энергоэффективность, говорите?

— Да! Во-первых, мы за счет новых окон несколько градусов тепла сохраняем. А, во-вторых, теперь благодаря терморегуляторам мы можем устанавливать нужную температуру в каждом отдельном помещении. Отсюда и экономия.

В первую очередь сельсовет позаботился о энергоэффективности: новая котельная поможет сэкономить средства на отопление школы

Захожу в школу. Тепло. И запах еды. Пахнет вкусно. В сельсовете мне сказали, что сейчас на одного школьника из бюджета города выделяется 8,5 грн. — это в два раза больше, чем тогда, когда средства давал районный бюджет.

— 40% стоимости питания в школе покрывается за счет родителей, 60% — за счет сельсовета. Дети стали питаться лучше. Например, ранее до гарнира мы добавляли консервы – потому что они дешевле. Теперь уже дети едят мясо. Пельмени мы сами лепим. И вареники тоже,- говорит повар Оля и добавляет:- Самый большой комплимент – это когда дети приносят пустые тарелки. Значит, еда им нравится.
Женщина работает на чистой кухне, в которой недавно провели капитальный ремонт. На полу и на стенах – новая плитка, блестящая сантехника.

— По сравнению с тем, что было раньше, это небо и земля,- говорят повара.

«Воровать не дадим»

На первом этаже Вертиевскому сельского совета каждый кабинет имеет табличку: «Земельный отдел», «Юридический отдел», «Отдел ЖКХ».

В коридоре людно – теперь люди решают текущие вопросы в своем селе, им не нужно отправляться в райцентр. Это выгодно с точки зрения экономии времени, денег и нервов.

— Раньше за разрешением на строительство или ввод в эксплуатацию нужно было ехать в архитектурно-строительную инспекцию, а после реформы этими делами начала заниматься сельсовет. Здесь все свои. Не морочат голову,- делится маленькой радостью местный житель Олег Иванович.

Чуть больше года понадобилось людям на то, чтобы понять – что больше полномочий имеет местная власть, то проще добиться нужных решений для себя. И чем больше средств имеется в распоряжении сельского совета – то больше сельсовет чувствует ответственность за развитие своей общины.

— Пусть только попытаются что-то украсть. Мы им такую революцию устроим, что мало не покажется,- лопаясь семечки на лавочке возле своего дома то ли всерьез, то ли шутя говорит демобилизованный участник АТО Андрей. Его товарищ добавляет: «Да нет, вроде нормально все. Я сам думал, что ничего не поменяется. Но, смотри, ремонты делают, дороги стелют. Что еще нужно?».

Напряжение в воздухе сельский голова чувствует спинным мозгом. Поэтому самостоятельно мониторил рынок, чтобы фирма-исполнитель не исчезла, только получив аванс (как это у нас часто бывает в Украине):

— Я очень много мониторил этих всяких фирм, потому что есть такие фирмы, что им заплатишь аванс, а потом ни фирмы не будет, ни денег. В результате на ремонт 10-ти километров дорог мы потратили всего 750 тысяч. Это в разы дешевле, чем раньше,- утверждает он и продолжает отчитываться: еще полтора миллиона потратили на ремонт школы, 500 тысяч – на ремонт детсада, 200 тысяч – на отопление в Доме культуры в селе Бобрик, 720 тысяч – на освещение улиц в Малой Кошелевке и в Вертиевке.

Секрет финансового успеха объединенных общин в том, что в ее бюджете остается 85% собственных поступлений как налог на землю, недвижимость, фиксированные налоги, что платили фирмы и сельхозпроизводители, налог на доходы физических лиц.

Поскольку через Вертиевку проходит автомагистраль «Киев-Москва», и поток машин здесь достаточно большой, больше всего денег громада зарабатывает, продавая горючее на заправках: акцизный налог оседает в местном бюджете. Неслабые суммы набегают и от сельгоспредпринемателей, которые платят за пользование землей. Третье место по доходности — налог от доходов физических лиц.
— Раньше наши проекты, строительство, потребности зависели от настроения начальника финансового отдела, главы администрации и председателя районного совета. Выделят нам эти деньги или не выделят. В настоящее время сельский совет распоряжается этими средствами сама,- объясняет Александр Бородавка.

Независимость от райцентра положительно сказалась и в работе с документооборотом – вопросы, которые не решались годами, закрыли за несколько месяцев:

— Есть работа незаметна, но важна. Например, права собственности на здания. Вы представьте — школу нам передали на баланс без документов, без ничего. Делали с «нуля»,- объясняют местные депутаты.

— Другой пример. Вот есть у нас в Бобрике пенсионер. У него дети, неблагополучная семья. Я обратился к председателю сельсовета, так же надо как-то помочь человеку. Сразу Игорь Григорьевич дал запрос, и старенького пристроили в дом престарелых. На него выделили 35 тысяч на содержание. Это на год. И плюс еще его пенсия. То же уже можно жить,- добавляет Степан Чабан, депутат Вертиевскому сельского совета.

Очень радуется финансовой автономии и заведующая Бобрицьким фельдшерским пунктом Людмила Желада. Из года в год в бюджете села не находилось средств на закупку лекарств первой необходимости. Чтобы обеспечить фельдшерский пункт простейшими препаратами, село искало спонсоров. Проблему удалось решить только теперь — сельсовет выделил средства на годовой запас медпрепаратов.

— В нашей общине появилось больше средств. Больше обращают на нас внимания. Дают нам средства на неотложную помощь для населения. Мы завозим лекарства людям. Более-менее обеспечены,- говорит фельдшер, демонстрируя полки полностью заставлены флакончиками, бинтами, коробочками с пилюлями и сиропами.

Власть и реформи

В Черниговской области уже создано 16 объединенных территориальных общин. В перспективе эта цифра должна вырасти вдвое. Впрочем, на пути создания новых ОТГ могут стать сельские головы и депутаты небольших населенных пунктов, в которых после объединения не будет отдельного сельсовета.

Через банальный страх потерять власть люди придумывают все новые и новые причины – почему реформа децентрализации им не нужна. Местные выборы прошли относительно недавно, и сейчас у всех депутатов, у глав есть свои амбиции. И поэтому они очень хотят идти на перевыборы.

Наиболее острые дискуссии возникают в тех общинах, должны объединиться вокруг районных центров. Например, председателю Бобрицкой сельского совета Александру Королю кажется, что в объединенной общине с центром в городе Боярка не будет людей, которые смогут отстаивать интересы его села.

— Мы не рассматривали вопрос объединения с городом, потому что прежде всего мы теряем село. Это не только мое мнение, а и мнение активистов и местных жителей. Потому что это все таки будет объединенная городская территориальная община, а не сельская. Уже слово «село» не будет здесь существовать,- с глубокой тревогой в голосе говорит он.

Сельский председатель выступает против объединения общины, но вместе с тем жалуется, что бюджет села (а это 3 млн. грн. на год) катастрофически не хватает на благоустройство и развитие местной инфраструктуры.

— В селе нужно строить детский сад. На проект в бюджете средства есть, а на строительство – нет,- жалуется мужчина.

Вместо того, чтобы увеличить бюджет села благодаря реформе децентрализации, сельский голова придумывает способы, как заставить местных жителей активнее платить налоги.

— Мы понимаем, что бесполезно надеяться, что ДФС будет выполнять свои функции на все сто. Поэтому мы на сегодняшний день сами выполняем роль сборщиков налогов. Ищем собственников имущества, владельцев земельных участков, направляем им уведомление об уплате, ведем разъяснительную работу,- с энтузиазмом и гордостью говорит Король.

В районных центрах ситуация с финансированием не лучшая. Яркий пример – город Боярка, которое едва сводит концы с концами, хоть и находится в одной из самых богатых областей – на Киевщине.
— С тем бюджетом, который мы имеем сегодня – а это 40 млн. гривен – мы можем только убирать и минимальные работы проводить. А говорить о каком-то развитии города и общины не можем. Потому что не хватает ни полномочий, ни средств,- констатирует Боярский городской председатель Александр Зарубин.

Впрочем, общественные активисты считают главы города неискренним, потому что даже несмотря на публичное декларирование поддержки реформы децентрализации реального информирования населения в Боярке не происходит.

— Тот же Зарубин, наш городской голова. Он должен был бы уже десять общественных слушаний по Боярке провести. Сначала боярчан убедить, что децентрализация выгодна для простых людей. Что это выгодно Малютинци, Тарасовка, окружающим селам. Но никакого информирования нет. Люди как не знали так и не знают, для чего эта реформа сдалась и что она даст,- констатирует Виктор Яровой, председатель Общественного совета при исполкоме Боярского городского совета.

Общественный активист Роман Реведжук несколько лет прожил в Польше и был свидетелем того, как там проходила реформа децентрализации. Он отмечает – на информирование населения тратились десятки миллионов долларов. Именно поэтому сейчас каждый поляк является экспертом в вопросе объединения общин.

— Говорилось, сколько сейчвс прибыли. А через год мы будем иметь – столько. Через два, три, пять – столько. Чтобы в результате человек, глядя в таблицу, понимал, что ему удобнее. И теперь если к любому крестьянину заехать и спросить у него, что такое местная объединенная территориальная община, гмина, повят и что такое униатская дотация, то он четко расскажет, что к чему.

Показательно, что даже в селе Вертиевка после разительных перемен 83-летняя баба Зина улучшения не чувствует.

— Что там давало государство… Ой, Господи… Не вижу, что поменялось. Пенсия маленькая, цены большие. Нехорошо.

А тем временем сельский голова смотрит в окно из своего кабинета и мыслит вслух:

— В этом году надо продолжить ремонт в школе, отремонтировать еще несколько десятков километров дорог, приобрести автобус для подвоза школьников. И еще — перейти на электронный документооборот! Для этого докупим оргтехнику и программное обеспечение…

Работы непочатый край.

Интересные новости

Откуда миллионы? Как ресторатор Бориса Ложкина Михаил Бейлин стал смотрящим Иванющенко

fttc-editor

Что такое Windows 10 Store и как его использовать?

fttc-editor

Убийцы, террористы, нацисты и садисты: с кем Польшу приняли в Европу?

fttc-editor

Оставить комментарий