Анализ пропаганды: Как Россия экспортирует в Европу антилиберальные ценности

Кремль создает в мире пространство «альтернативных ценностей», который противостоит нигилистичному, упадническому Западу. Оправданием этому служит чувство морального превосходства Евразии над Западом, где Путин представлен как новый лидер мирового консерватизма. Например, традиционалисты, ультраконсервативные организации, которые выступают против абортов и за семейные ценности, имеют международную сеть неправительственных организаций, приближенных к Кремлю.

Статья является переводом исследования Института политического капитала. Изучалось российское влияние в Австрии, Венгрии, Словакии, Чехии и Польши. Исследователи проанализировали персоналии, институты, организации, события и медиа, которые распространяли российскую пропаганду. В оригинальном исследованы все имена и названия указаны, мы их не включили, чтобы не загружать читателей незнакомым контекстом

Гибридная война, которую Россия ведет против Европы и Запада, и которая особенно усилилась с началом кризиса в Украине, — это война за умы и души людей. Россия не только пытается подорвать доверие Европы и ее институтов среди граждан, но и предлагает собственную альтернативу.

Чтобы изменить западный образ мышления, необходим комплексный подход. Средство для этого – больше вкладывать в так называемую метаполитику. План таполитики заключается в косвенной смене политических процессов, в постановке под сомнение западных (либеральных) моральных посылок и аксиом, которые почти каждый воспринимает как данность.

Это мощный и всеобъемлющий проект по применению «мягкой силы», который приобретает все больше и больше сторонников в Европе: не только среди радикально правых, но также и среди консервативных групп и євроспектиків.

Преобразование культуры и ценностей на оружие имеет более обобщенную цель, чем достижение краткосрочных политических задач: это борьба за идеологическую гегемонию и против Запада.

В отличие от средств классической войны, инструментарий и действующие лица, которые используют«мягкую силу», является более разнообразными, и стратегия и ее применение является менее централизованной.

Как отмечает в своей книге Марлен Ларуелль, в продвижении ценностей и действующих лиц, относящихся к крайних правых Европы, применяется полукоординированная сеть идеологов (например, Александр Дугин), бизнесменов (например, Константин Малофеєв), политических деятелей (главным образом представителей партии «Родина», таких как Дмитрий Рогозин и Александр Бабаков), а также Российской православной церкви.
Общие модели влияния

На европейском континенте создалась опасная ситуация, где российская идеологическая экспансия, которая тесно связана с ее внешней политикой и геополитическими целями и пропагандирует антилиберальные и антизападные принципы, совпала с ростом популярности крайне правых (крайних левых) партий и антилиберальных движений.

Росту разочарования в либерализме, правах человека и демократических идеалах создали плодотворную почву для этих процессов.

Моральное превосходство России над Западом, как идеологический краеугольный камень путинского режима, постепенно проникает в политический дискурс. Этот идеологический вектор проявляет себя не только в области геополитики – евразийском мировоззрении – но также в социальных, религиозных, культурных и законодательных сетях взаимных отношений.

«Закон об иностранных агентах», «Закон о запрете пропаганды гомосексуализма» или «патриотический стоп-лист» — наиболее известные примеры законодательной политики, явно направленной на подрыв западного влияния и присутствия в России, как и на закладывание прочных основ анти-либерального общества с ограниченными правами человека, слабым гражданским обществом и отсутствием независимых общественных учреждений.

Распространение евразийской антизападной и антилиберальной идеологии за рубежом происходит через три явные каналы:

1) «Гражданская дипломатия», главным образом через различные организации, события, форумы, конференции;

2) Российские СМИ, особенно ориентированные на зарубежное вещание, такие как RT и Sputnik (а до 2014 года – Голос России, который сейчас не функционирует). Они стали важным инструментом распространения антизападных тезисов и дезинформации относительно международных отношений и внешней политики России;

3) «Защита» российских меньшинств, или «соотечественников» за рубежом, включая доступ к соответствующей культурной, идеологической и патриотической информации/образования. Эти люди также используются для проведения так называемых «активных мероприятий» в Германии, странах Балтии и других.

Защита русских общин за рубежом выступает как еще один повод для России применить «жесткую силу»; впрочем, доля русскоязычного меньшинства является незначительной в странах, которые мы исследовали – Австрии, Чехии, Венгрии, Польше и Словакии (но существенно выше в Чехии и Австрии, чем в других названных странах).

Порой трудно различить политические влияния от культурных, ибо экспорт пророссийского антилиберального культурного повестки дня часто служит скрытым геополитическим и экономическим интересам. То есть, сети личных контактов, события или организации легко могут быть трансформированы в политические, экономические или разведывательные выгоды для российских заинтересованных сторон.

Несмотря на то, что антилиберальные ценности составляют лишь одну, и явно меньшую часть усилий Кремля по подрыву либерально-демократического строя и прозападной ориентации, есть три главенствующие факторы, поддерживающие важность антилиберального повестки дня, который поднимает Россия:

1) Это более тонкая форма воздействия по сравнению с прямыми военными, политическими или экономическими методами, которые использовались для достижения целей. И политический и гражданский общественность не осознает или не готов к такого рода посягательств.

Не говоря уже о плотную сеть крайних правых и, как это не странно, крайних левых движений

2) Кремлевский идеологический влияние объединил усилия с глобальными ультра-консервативными силами: Русская православная церковь, Римско-католическая церковь, различные евангилистские движения в США, и тысячи общественных организаций, которые выступают за семейные ценности, против абортов, против эвтаназии и тому подобное. Не говоря уже о плотную сеть крайних правых и, как это не странно, крайних левых движений, которые исповедуют подобные или связанные идеологии.

3) Россия — это единственная суверенная держава, которая имеет несравненные возможности среди развитых стран до прямого участия в глобальных традиционалистких сетях, что стремятся в 21 веке вернуть в обратном направлении усилия по глобальному развитию прав человека.

Выход Британии из ЕС предоставил России новые шансы использовать для собственной выгоды антизападные чувства, распространить свою антилиберальную идеологию и усилить своих анти либеральных союзников по всей Европе – ведь наиболее антикремлевская государство Евросоюза, Великобритания, проголосовала за выход из ЕС.

Эту возможность лучше всего иллюстрируют 34 анти-европейские или направленные против иммигрантов референдумы, уже инициированы политическими силами – преимущественно пророссийскими.

Депутат Госдумы России Сергей Железняк сразу же после Брекситу назвал результаты референдума «ожидаемыми», и заявил, что они могут запустить «серию референдумов в других европейских странах, маргинализацию и развал Евросоюза». Мэр Москвы Сергей Собянин прямо заявил, что «без Великобритании в Евросоюзе не останется никого, кто бы настолько фанатично отстаивал бы санкции против России».

Кризис беженцев и террористические атаки в Европе создают дополнительные возможности, усиливая противопоставление между «сильной Россией» и «слабым, упадническим Западом».
Каналы экспорта ценностей: теневые воздействия

Кремль явно применяет различные подходы для распространения своего влияния в разных странах, приспосабливая формы влияния и месседжи к особенностям стран-реципиентов.

Два наиболее важных фактора в этом процессе – это культурная близость страны-мишени (то есть, общее культурное и историческое происхождение, язык и ценности) в отношении России, и восприятие Москвы в обществе. Пророссийская ориентация элит и обществ в целом определяет пространство для маневра и способа действий (т. е. применение более явных или более тонких средств воздействия).

В общем, культурная инфильтрация и деятельность с экспорта ценностей более мощно осуществляются через маргинальные организации (радикальные партии, малые неправительственные организации, диаспоры, маргинальные СМИ) чем через мейнстрим политического спектра. На маргинальные организации легче влиять и их проще купить.

На маргинальные организации легче влиять и их проще купить

Исходя из того, что ни одна из исследуемых нами стран не обнаружила господствующей пророссийской общественной мысли (в противоположность, например, Греции, Болгарии, Кипра или Сербии), деятельность по экспорту ценностей в целом осуществляется косвенным образом. Это особенно касается Польши, где российское влияние не приветствуют. Несмотря на это, российский режим может воспользоваться преимуществами, которые происходят из разграничений в каждом обществе, которое мы рассматривали.

В Словакии, Чехии и Венгрии гражданская дипломатия сыграла и продолжает играть критическую роль в распространении социальных идеологий путинского режима за посредничество главных (даже провластных) политических игроков.

Зато в Польше прямое распространение российских антилиберальных ценностей играет маргинальную роль, через распространенные страхи российского вторжения в страны.

В ряде стран экспорта ценностей способствуют местные политические игроки. Так, в Венгрии крайне правая партия Йоббик, самая мощная оппозиционная политическая сила, услужливым проводником российских интересов – например, она отстаивает внедрение в Венгрии российских ограничений в отношении «иностранных агентов». Основная (правительственная) политика также активно поддерживает Россию.

Говоря о Словакию, только часть властных элит симпатизирует России, и это сосуществует с мощной прозападной группой, которая включает президента Косичку, — а он время от времени еще более радикален в этом смысле, чем политики в Польше и Балтии. Кроме этого, в названных странах объектом для мощного воздействия являются СМИ (в Словакии больше, чем в Венгрии), и это же касается Чехии.

В Венгрии и Словакии кремлевская пропаганда мощно транслируется через СМИ

Общественное мнение является наиболее уязвимой к культурных и идеологических влияний в Словакии, где наблюдаются сильные панславістські сантименты. В этой стране наиболее важными инструментами и источниками воздействия выступают различные парамилитарные организации.

Тогда как в Чехии это пророссийские СМИ.

В Венгрии правящая партия Фидес и ее организации-сателлиты, крайняя правая партия Йоббик и традиционалистские неправительственные организации.

В Польше Россия пытается продвигать политические заявления, а не ценности, через разнообразные каналы с ограниченным влиянием.

В Австрии, кроме явных пророссийских политических игроков (в первую очередь, Партия свободы), организации скорее используют для достижения специфических политических и экономических задач, чем для осуществления идеологического влияния.
Международное взаимодействие

Сеть традиционалистских панъевропейских организаций помогает России продвигать ее антилиберальный повестку дня. Например, на правом фланге политического спектра неонацистские движения и крайние правые партии установили крайние правые культурные сети, которые интегрируют в неонацистскую идеологию принципы неоевразийства Александра Дугина.

Традиционалисты, ультраконсервативные организации, которые выступают против абортов и за семейные ценности, имеют аналогичную международную сеть неправительственных организаций, приближенных к Кремлю (таких как CitizenGo или Всемирный конгресс семей).

Наблюдается новая волна движений, направленных против прав человека, которые ставят под сомнение устои традиционной консервативной политики, построенной на принципах «консенсуса относительно прав человека» в Европе.

Таким образом, в ряде стран происходят значительные изменения в системе европейской политики и ценностей», которые ставят под сомнение универсальный контекст прав человека, аргументируя это их собственной культурной исключительностью. Как свидетельствуют результаты наших исследований, участники этих мощных процессов часто находят ролевые и политические модели в России, а в самой России некоторые политические деятели пытаются использовать упомянутые процессы в свою пользу.

Как бы это неестественно не выглядело, радикальные левые группы, которые имеют долгую историю международного сотрудничества, также продвигают определенные ценности, на которых подчеркивает российский режим (мир, самоопределение, автономиям).
Чего следует ожидать – прогностические ремарки

В условиях , когда экономический кризис, низкие цены на нефть и санкции уменьшили способность действующих лиц, приближенных к Кремлю, вкладывать средства в идеологический экспорт, их потенциал все еще остается значительным.

Российские агенты влияния, которые действуют напівкоординовано с режимом, могут в будущем больше вкладываться в идеологический экспорт, чтобы компенсировать потери экономического влияния путинского режима.

Брексіт и кризис беженцев создали хорошую возможность для России в продвижении ее идеологических тезисов.

Продолжится процесс превращения СМИ на оружие. В России сейчас разрабатывается информационная доктрина, которую примут в следующем году.

Расширение экспорта ценностей с помощью СМИ в будущем должен ускориться: как заявил министр иностранных дел России Сергей Лавров в недавней речи по случаю 10-летия «Russia Today», RT может распространиться на другие страны, такие как Сербия, Венгрия, Румыния, и даже Португалия.

Там, где не действуют пророссийские СМИ, главным каналом антиліберальних идеологических мессиджей могут выступать так называемые альтернативные СМИ.
Рекомендации

Распространение анти-прогрессивного повестки дня в государствах-членах ЕС, которые мы исследовали, происходит через различные каналы и инструменты идеологического воздействия. Следует выделить следующие каналы:

«низовые организации» и сильное политическое влияние на крайних правых в Словакии; новые СМИ и крайние правые, крайние левые политические партии и маргинальные организации в Чехии; пророссийские политические организации и некоторые националистические организации в Польше; маргинальные СМИ и Партия свободы в Австрии; крайние правые политические партии и некоторые псевдо-общественные организации в Венгрии.

Принимая во внимание разнообразие политических и идеологических воздействий в вышеупомянутых странах, невозможно создать стратегию одного-единственного рецепта для противодействия возрастающим попыткам экспорта ультраконсервативных идей в эти страны. С учетом этого мы предлагаем некоторые общие рекомендации.

1) Нужно больше усилий. Главное отличие заключается в том, что в то время, когда Россия активно вмешивается в европейскую политику и общество в Европе (так же как и в США) происходит больше разговоров, чем действий.

Пока не хватает политической воли противодействовать тактике «мягкой силы» (таким как экспорт идеологий) — как в странах Евросоюза так и за их пределами. Несмотря на то, что Евросоюз определил своей задачей «противодействие российской пропаганде», эти усилия потребуют значительных ресурсов и прочной политической поддержки от государств-членов ЕС — а эти условия пока не созданы.

Содействие проектам, направленным на противодействие таким попыткам (например, общественным организациям по защите прав человека, журналистам и интеллектуальным центрам) может стать полезным орудием для вывода этих вопросов на поверхность.

2) Подход «Четыре «В»: Уличить, Отреагировать, Высмеять, Воспроизвести.

Разоблачить: каналы експору пророссийских ценностей должны быть обнаружены журналистами-розслідувальниками, аналитиками, и правозащитными организациями.

И так как это «движущаяся мишень», поддержка журналистов, проявляющих российскую поддержку, отслеживание влияния СМИ и проведение социологических опросов будет особенно полезным.

Отреагировать: очевидные пути российского влияния должны стать известными, чтобы можно было дискредитировать агентов антиліберального влияния и их скрытые мотивы.

Неправительственные организации должны реагировать на информацию самостоятельно, а также создавать коалиции с политиками для повышения уровня осознания в политических и, возможно, дипломатических кругах.

Высмеять: основанные на конспирологических измышлениях, регрессивные, антигендерні месседжи должны висміюватися (с использованием фактов и методов прямой политической пропаганды).

Воспроизводить: информация о российском влиянии и продвижение антиліберальних ценностей должна повторяться, чтобы достичь реального влияния в смысле роста осознания этой проблемы широкой публикой, структурами, которые принимают решения, и неправительственными организациями.

Кратковременные, непродолжительные проекты по распространению контр-мессиджей в основном не будут работать. Важно поддерживать альянс и сеть игроков в активном состоянии — чтобы они могли противодействовать антилиберальным тезисам.

3) Проводить деконструкцию самоопределение ультраконсервативных групп в России. Жизненно важно подчеркивать клептократичній природе путинского режима, который использует «консервативные» и «традиционалистские» тезисы для домашнего обихода лишь с одной целью: защитить коррумпированный режим от любых социальных, политических или экономических изменений.

С другой стороны, несмотря на то, что Кремль заявляет о соблюдении политики традиционных семейных ценностей, уровень рождаемости в России падает, и Россия становится все более и более похожей на западные общества со стареющим населением, от которых она стремится отмежеваться.

В российском обществе следует выполнять проекты, направленные на обнародование этих фактов и стимулирования дискуссий, которые могут увеличить уровень осознанности и обеспечить иммунитет у общества.

4) Обернуть обвинения в отношении «иностранных агентов» против их авторов. Вся информация относительно иностранного финансирования и дипломатической поддержки ультраконсервативных групп со стороны России должна подвергаться дискредитации с помощью точно тех же аргументов, которые путинский режим использует для дискредитации неправительственных организаций в самой России.

Следует ставить под сомнение идеологическую искренность таких ультраконсервативных групп и сосредотачиваться на их роли как инструментария Кремля — это поможет дискредитировать эти группы и их месседжи. Государства-члены ЕС должны изменить свое законодательство, или сделать прозрачными источники финансирования политических партий и СМИ.

5) Найти способ поддержания и стабилизации как общественных, так и частных СМИ. Государственные СМИ должны стать действительно «общественными», с системой сдержек и противовесов, которая отграничивает их от избранных политиков и местных олигархов, у кого могут быть интересы по заключению сделок с путинским режимом в экономических, финансовых или энергетических отраслях.

То есть, они прямо или косвенно могут продвигать антиліберальні и антизападные идеи. Европейские учреждения могут предоставить рекомендации по подготовке законопроектов о СМИ, которые будут соответствовать демократическим стандартам и поощрять конструктивные общественные дискуссии.

«Программы с тренировки журналистов», созданные в 1990-е, не эффективны в нынешнем климате. Без законодательной поддержки пресса легко становится объектом манипуляций как со стороны России, так и различных пророссийских экстремистских Групп, которые стремятся получить политическую власть.

6) Коррупция в регионе часто связана с Россией, поэтому этот вопрос следует понимать как жизненно важное для всего континента. И не только потому, что обвинения в коррупции, не имеет значения, настоящие они или фальшивые, часто используют для дискредитации либерально-демократических и прогрессивных политических партий.

Россия стремится расширить свое влияние за коррупции отдельных лиц и организаций в политической, журналистской и экспертном сообществах.

Россия стремится расширить свое влияние за коррупции отдельных лиц и организаций в политической, журналистской и экспертном сообществах. Международные экономические учреждения должны внедрить лучшие средства выявления и противодействия нарушителям закона, особенно тем, которые используют оффшорные банковские системы и другие техники, которые сложно расследовать меньшим правительствам и неподготовленным бюрократиям.

7) Представлять российское влияние как применение «военной силы», жесткую геополитическую и безопасную проблему — вместо того, чтобы подавать ее как более «мягкое» вопросы защиты прав человека. Это справедливая оценка, если принять во внимание насильственные «активные мероприятия», которые поддерживаются российскими спецслужбами и направлены на подрыв политических систем и их лидеров в Европе.

8) Критика Кремля должна избегать любых русофобских мотивов, ибо такие заявления лишь способствуют Кремлю. Различие между критикой путинской власти и российского общества должно быть четко подчеркнута во всех политических мероприятиях. Также критически важно не настраивать против себя, но наоборот, привлекать на свою сторону русскоязычные меньшинства в странах-членах ЕС.

Интересные новости

План Шатун: борьба за досрочные выборы или щупальца Кремля?

fttc-editor

Суд постановил арестовать лидера венесуэльской оппозиции Лопеса

fttc-editor

Дубинский: новый глава ГАСИ Александр Строкач — ставленник старых бандитов Горовых, Гройсмана и прокравшегося Алексея Кудрявцева

fttc-editor

Оставить комментарий