Главная » Необъяснимо » Куда делся Игорь Коломойский?

Куда делся Игорь Коломойский?

19884

После национализации «Приватбанка» сразу же поползли слухи, что его владелец, известный олигарх и политик Игорь Коломойский покинул Украину. Действительно ли вместе с потерей доли бизнеса уменьшилось и политическое влияние Коломойского в Украине и не стоит ли ожидать попыток рейдерского захвата его медиа-активов? – разбирался корреспондент «First Truth&Transparency Committee».

Игорь Коломойский

Как говорят, нет дыма без огня. Вслед за национализацией «Привата» таки начались непонятные манипуляции с медиа-холдингом, который принадлежит Коломойскому. Канал «1+1» распространил заявление, в котором говорится следующее: «29 декабря 2016 года последний день действия лицензии на аналоговое вещание канала 1+1. Две недели назад, 15 декабря, Национальный Совет по вопросам телевидения и радиовещания единогласно проголосовал за переоформление и продление лицензии для канала. Однако лицензия так и не была издана. Во время рассмотрения заявки, который длился 6 месяцев, никаких официальных претензий в адрес канала не поступало. Последние две недели из разных источников мы получаем информацию о попытке отменить такое решение и осуществить рейдерский захват канала… Мы хотим предостеречь и предупредить тех, кто стоит за попытками отключить канал, который является ежедневным источником новостей для миллионов Украинцев, даже при отсутствии бумаги, мы имеем законное право продолжать вещание. Нас уже невозможно запугать, но мы надеемся, что в 2016 году, в отличие от ситуации трехлетней давности, государство само заинтересовано в выполнении законных процедур и работе независимых СМИ».

То где на самом деле Коломойский и что будет с его бизнесом, «First Truth&Transparency Committee» ответили: политический эксперт Ярослав Макитра, директор «Института глобальных стратегий» Вадим Карасев и директор института стратегических исследований «Новая Украина» Андрей Ермолаев.

Действительно ли Коломойский мог покинуть Украину навсегда и потерять свое политическое влияние здесь?

Ярослав Макитра: Вряд ли можно утверждать, что Коломойский покинул Украину, он ведь всегда большинство своего времени проживал за границей и не скрывал этого. Исключением, наверное, был только период, когда Коломойский руководил Днепропетровской областной государственной администрацией. Он присутствует в украинской политике: был здесь, есть и будет. Чего-то кардинального в плане его пребывания в Украине не изменилось. Как бы там не было, а медиа-активы остаются за ним, его группа УКРОП в парламенте также формируется. Мало того, он вошел в правление партии, поэтому говорить о том, что он навсегда покинет Украину или выходит из украинской политики, экономики, думаю, совершенно преждевременно. И мы еще увидим очень много интересных ходов и ситуаций вокруг этого. Доминирование Коломойского президенту конечно не на руку, поэтому ему нужно ослабить влияние этой фигуры…

Вадим Карасев: Коломойский никогда и не жил в Украине, а жил в Швейцарии. Очевидно, у него также есть гражданство другой страны. Так что с этой точки зрения вряд ли можно говорить, что он покинул Украину. Он всегда руководил и бизнес-процессами, и политическими процессами в Украине, находясь за ее пределами. А вот вопрос, насколько уменьшился его политическое влияние, политико-бизнесовый и политико-финансовый очень уместный. Однако говорить о том, что он полностью утратил влияние на украинскую политику – рано. Во-первых, Коломойский как раз накануне событий с «Приватбанком» вошел в политсовет партии. Эта политсила имеет достаточно амбициозные планы и некоторые депутаты ВРУ ориентирующиеся на Коломойского, являются членами «Укропа», часть депутатской группы «Возрождение», например, тоже ориентируется на Коломойского. Канал «1+1» несколько изменило редакционную политику в пользу действующей власти, но тем не менее остается в бизнесовом и политическом активе этого бизнесмена. А такой мощный медийный холдинг является очень влиятельным, особенно в политическом смысле. Так что говорить, что вместе с национализацией «Приватбанка» были конфискованы политические активы Коломойского – было бы не правильно. Он еще остается, хотя и не таким мощным, но достаточно влиятельным политическим игроком.

Андрей Ермолаев: Трудно сказать, где сейчас находится Коломойский, но тот факт, что он осенью этого года занял более активную публичную и политическую позицию, став одним из руководителей партии «УКРОП» и тот фактор, что довольно активно его медиа ведет информационную компанию по защите репутации бывших владельцев «Привата» и относительно обвинений в адрес руководства НБУ, дает им достаточно жесткие оценки, это означает, что он занимает активную позицию. Более того, не только Коломойский, но и Арсений Яценюк, который выдержал достаточно большую паузу, активно развернули свои политические кампании. Это связано с тем, что они пытаются сейчас сформировать новые платформы и новые политические позиции в условиях существенного ослабления позиций президента, как главы государства и как лидера БПП. Поэтому Коломойский никуда не исчез. Он будет достаточно активным, более того в ближайшее время, скорее всего, развернется необъявленная предвыборная кампания тех сил, которые хотят претендовать на места в будущем парламенте. Все еще впереди.

А как в целом можно оценить ситуацию с национализацией «Привата»? Все-таки, как борьбу с олигархами, или сведением личных счетов и заграбастывания чужого бизнеса?

Я. Макитра: Что касается в целом этой историей борьбы с олигархами, то здесь наверное можно говорить о том факте, что такой низкий уровень поддержки власти обществом, медлительность реформ и давление запада, заставляют власть в лице президента делать определенные действия, которые бы создавали по крайней мере какую-то видимость борьбы с коррупцией и олигархатом. Поэтому частично это можно рассматривать как борьбу с олигархами, но это скорее имитация и попытка перераспределения финансовых ресурсов в целом в стране, чем реальная борьба с олигархами. Если проанализировать внимательно, то Порошенко имел шанс на такую борьбу с олигархами и это могло делаться эффективнее сразу после его избрания, но мы видели только договорняки. И после того, как олигархи увидели, что Порошенко как президент, прежде всего, не просто президент, а такой как они, то конечно, они перегруппировались и успокоились. Поэтому сейчас было бы сложнее покончить с олигархатом в целом. Думаю, что вся эта история – это только такая видимость или имитация, а реально перераспределение финансовых потоков и контроль за медийными ресурсами.

В. Карасев: Ситуация с «Приватбанком» это частично была борьба с олигархами, до этого был Фирташ, Живаго и другие. Но в ситуации с Коломойским разошлись миром – национализация банка в обмен на перекладывание долгов собственников на госбюджет. Так что в этом смысле как олигарх Коломойский проиграл, но выиграл как владелец. Потому что его долги перешли на плечи государства.

А. Ермолаев: Я думаю, что ситуация на самом деле многомерная. С одной стороны я считаю, что те оценки, которые в свое время давала Гонтарева относительно специфики кредитной политики «Привата», имеют определенные основания. Но я не финансист и мне трудно говорить, в каких пропорциях кредитовались связанные между собой структуры, и сам факт, что системный банк, который проводил достаточно активную стабильную работу с рядовыми клиентами, одновременно был одним из кредиторов мощных структур, которые в свое время называли группой «Приват». Я уже не говорю, о возможной роли связанных с «Приватом» структур, которые принимали участие в финансовой помощи добробатам. Но государство в любом случае должно быть заинтересовано, чтобы системный, крупный бизнес все-таки был партнером государства. И своевременная помощь – в интересах всех. Поэтому попытка использовать затруднительное положение «Привата» для его ущемления или даже перераспределения собственности, здесь также присутствует. Поэтому это была игра с обеих сторон и в конце концов наступил момент, когда «Приватбанк» был национализирован. И хотя сейчас говорят о том, что это было сделано в интересах государства, я думаю, что в будущем мы увидим в интересах кого это было сделано на самом деле. И то, что через 1-1.5 года «Приватбанк» будет приватизирован, уже не скрывает даже правительство. Так что здесь есть обломки конъюнктурной рейдерской атаки в условиях ослабления позиций банка. Мы имеем дело реально с экономической и политической конкуренцией мощных групп при власти: бизнес-группы «Рошен» и группы «Приват» за власть экономическую и политическую. Эта борьба продолжается. И хотя сегодня «Приватбанк» национализирован, думаю, что будет ответная игра, скорее всего, через кампанию по подготовке досрочных выборов, использования компроматов и прочее.

А как насчет медиа-активов Коломойского? Или могут быть в ближайшее время попытки прибрать их к своим рукам?

Я. Макитра: Конечно, в интересах действующей власти контроль над медиа-империей Коломойского. Ведь медиа-активность Коломойского всегда присутствует в том или ином пространстве и добавляет, может и незаметно, но какой-то определенной системности или агрессии. Его медіавплив формируется и наращивается. Я думаю, что в случае досрочных выборов или иных политических перетурбаций, этого не стоит исключать. Чем ближе до таких политических перетурбаций, тем активнее будет «УКРОП» и Коломойский.

В. Карасев: Я думаю, что пока не имеет такой необходимости, главное, чтобы медиа-холдинг этого бизнесмена вел правильную с точки зрения власти редакционную политику и имел соответствующий медийный контент. Тогда ему ничего не будет угрожать.

А. Ермолаев: это Трудно спрогнозировать. В любом случае, я считаю, что деятельность правящей политико-экономической группы «Рошен», с которой связана и контролируемая часть депутатов в парламенте, и большая часть правительства, носит системный последовательный характер. В свое время я ее сравнивал с шахматной игрой на поражение, когда шаг за шагом уничтожается бизнес и подрываются политические позиции всех мощных конкурентов нынешней власти. Удары нанесены фактически во всех бизнес-структурах, которые в свое время были ориентированы, как политические инвесторы. Это борьба за монополию, но любая монополия, или политическая, или экономическая, как только утверждается, начинает загнивать. Мы как раз являемся свидетелями того, как начинает загнивать политическая и экономическая монополия правящей группы «Рошен». Еще осенью на ногах стояло две мощные структуры «Рошен» и «Приват», а сегодня только одна. Но обратно ее слабость заключается в том, что они работали на уничтожение и взорвали не только политические позиции, но и существенно подорван бизнес, корпоративные связи разрываются, сворачивается бизнес. И экономисты отмечают, что экономику добивают не только войной, но и монополистической игрой на поражение самого режима и правящей руководящей группы. Поэтому, к сожалению, прогноз пессимистический. И все конкуренты, которые таким образом выдавлены и дискредитированы репутационно, вынуждены идти в активную оппозицию. Потому что для них власть стала просто опасной и заявления Онищенко также является частью этой шахматной игры на поражение.

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*