Невидимая и бесперспективная война на Донбассе

Война в Украине

Несмотря на все усилия Меркель и Олланда, прогресса в мирном процессе на востоке Украины нет. Обстрелы продолжаются, люди гибнут почти каждый день, тогда как у Киева нет стратегии.

Война в Украине

Алеппо, Пальмира, Мосул. Эти города в Сирии и Ираке в этом году не покидали заголовков. В 2013-2014 годах события в Украине были на первом плане в сравнении с Сирией. Теперь же наоборот. Бои на Донбассе практически исчезли из немецких и европейских СМИ.

Но и там почти каждый день гибнут люди. Ежедневно поступают сообщения о нарушениях режима прекращения огня. Мониторинговая миссия ОБСЕ их подробно документирует — только в этом году 300 тысяч случаев. За цифрами кроется страшная реальность Донбасса: позиционная война между сепаратистами и украинской армией. Зажатые между ними — гражданские люди, которые вынуждены выживать за счет гуманитарной помощи, разрушены дома, нарушено поставки газа, воды и электроэнергии.

Дипломатические просчеты

Улучшению ситуации имели бы способствовать регулярные встречи контактной группы в Минске. Впрочем, они почти ничего не меняют. До последнего времени ни одно из многочисленных объявлений о прекращении огня не было услышанным. Новая попытка — «рождественское перемирие с 24 декабря. Уже за первые дни его действия обе стороны сообщали о нарушениях.

На высоком международном уровне также ведутся переговоры. В частности — в рамках так называемого «нормандского формата». В середине октября немецкий канцлер Ангела Меркель, французский президент Франсуа Олланд, президенты Украины и России Петр Порошенко и Владимир Путин встретились в Берлине. Они договорились о узгождення «дорожной карты» для реализации мирных соглашений. Ее до сих пор окончательно не разработали.

Правительство в Киеве остается преданным минском процесса. На Генеральной ассамблее Организации Объединенных Наций в сентябре 2016 года Порошенко заявил: «В этой связи хочу в очередной раз подчеркнуть, что Украина остается преданной политико-дипломатическому урегулированию ситуации на Донбассе. Мы мирная нация». Того же месяца в своей речи «О внутреннем и внешнем положении Украины в 2016 году» он добавил: «И Нормандия, и Минск открывают реальный путь к возвращению Донбасса и является единственным инструментом для того, чтобы этого достичь».

Впрочем, в выступлениях для внутренней аудитории Порошенко больше напоминает ястреба, чем голубя. «Когда смотрю в глаза нашим воинам, слышу их уверенные голоса, вижу, как ловко они работают с оружием и боевой техникой, убеждаюсь – Украина обязательно победит», — заявил он в октябре на День защитника Украины.

Молчаливое отвоевывание территории

Официально Украина заявляет, что ее войска не ведут никаких наступательных операций. Тем не менее, ситуация на фронте показывает другую картинку. Выглядит, как будто обе стороны пытаются благодаря боевым вылазкам взять под свой контроль отдельные населенные пункты. 18 декабря 2016 года началась эскалация ситуации. На Светлодарской дуге на северо-запад от Дебальцево прошли ожесточенные бои. Обе стороны обвинили друг друга в начале конфликта.

Погибло пять украинских солдат. «Это самые большие потери украинской армии за прошедшие пять месяцев», — заявил Андрей Лысенко, спикер министерства обороны Украины. ОБСЕ зафиксировала 2900 взрывов только в этот день, большинство из которых — возле Дебальцево и Светлодарска.

Украинская сторона в этот раз заявила о получении территории. Лысенко объяснил, что армия продвинулась вперед на километр-полтора. «Это очень выгодная позиция. После того, как они (боевики. — Ред.) пошли в атаку и наши ребята отбили это наступление и перешли в активную контратаку, они заняли эту высоту. С нее просматривается даже Горловка. Там взяли три высоты», — сказал спикер. За минскими договоренностями, это украинская территория, добавил Лысенко.

Обе стороны конфликта продолжают продвигаться так называемой «линией разграничения», зоной, которая по минским соглашениям должна оставаться нейтральной. Это подтверждают наблюдатели ОБСЕ. «Они занимают новые позиции на территориях, продвигаясь ближе друг к другу вдоль линии разграничения», — пояснил заместитель председателя мониторинговой миссии ОБСЕ в Украине Александер Гуг.

Об этой проблеме говорит также и председатель внешнеполитического комитета Европарламента Эльмар Брок. Он сказал, что из-за отвода тяжелого вооружения «возникла серая зона, в которую сейчас проникают солдаты с обеих сторон, приближаясь на расстояние достижения стрелкового оружия. Это, конечно, приводит к прямой борьбе, в которой гибнет все больше людей».

В ежедневных отчетах ОБСЕ можно прочитать, как обе стороны отвоевывают территории. Два примера: 15 июня 2015 Коминтерново (сейчас — Пікузи) под Мариуполем определили как подконтрольное правительству. 14 января 2016 года оно уже зарегистрировано ОБСЕ как территория сепаратистов. И наоборот, контролируемое сепаратистами Водяное перешло на украинскую сторону.

Недостаток политической воли

Конца боевым действиям не видно. И Россия, которая поддерживает сепаратистов, не делает ничего для разрешения конфликта. «Я бы даже сказал, что Россия полностью удовлетворена текущим состоянием конфликта. Она может держать Украину в состоянии зависимости. И, возможно, внешние условия для России изменятся в направлении, которое поможет ему выторговать лучшую сделку», — говорит Штефан Майстер из Немецкого общества внешней политики.

В то же время эксперт не видит с украинской стороны политической воли продолжать минский процесс. «Не хватает позитивных шагов, которые бы показали, что в этом направлении надо продвигаться. Вот наше предложение, как можно было бы изменить минские соглашения», — говорит Мастер. По его словам, у Порошенко нет интереса и политического капитала, чтобы воплотить отдельные элементы соглашения несмотря на сопротивление среди политиков и общества.

Такого же мнения придерживается и украинский политолог Вадим Карасев. Он говорит, что у Порошенко немало внутренних оппонентов. Через это он не может пойти ни на какие уступки сепаратистам, чтобы оппозиция не забросила ему непатриотичные действия. Карасев убежден, что у Киева «стратегии нет, есть только тактика. Тактика выжидания. Но нет каких-либо других вариантов. Не может быть замораживание конфликта, как в Приднестровье. Светлодарска дуга — вспышка эскалации, который подчеркивает, что замораживание не будет и не может быть».

Без четкой стратегии бои будут продолжаться. И позиционная война на Донбассе и в следующем году будет оставаться вне внимания европейской общественности.

Интересные новости

Максим Мартынюк как царь АПК: воруем в один клик

Admin

Константин Бильцан: рейдерство, аферы и политический маразм в Днепре

the-fttc-edit

Польша подписала с США 20-летний контракт на покупку сжиженного газа

fttc-editor

Оставить комментарий